StoryChain

Охотник медленно опускает обрез, сердце колотится где-то в горле. "Вероника?" — выдыхает он, имя слетает с губ, как забытый грех. Тонкая, дрожащая рука пробивается сквозь щель в крышке, пальцы, похожие на коренья, царапают дерево. Свет изнутри становится ярче, теплее, окутывая его, словно забытое объятие.

Обрез взлетает, прицел наводится на источник света. "Ты не Вероника," — рычит охотник, голос хриплый от многолетней тишины и страха. Он помнит, как её глаза горели, но не так, как этот потусторонний огонь. Из сундука раздается смешок, низкий и соблазнительный, и тени вокруг него начинают двигаться, обретая зловещие очертания.

Охотник шагает вперед, не в силах сопротивляться зову. Это не страх, а странное, щемящее чувство возвращения. Он касается прохладной, резной крышки сундука, и в тот же миг свет вспыхивает, ослепляя его. Он чувствует, как его утягивает вниз, в темноту, откуда доносится знакомый, родной голос, обещающий покой.